Рай и ад / Tengoku to jigoku (1963)

баннерная реклама в интернете

Полнометражный фильм.

Другие названия: «Небеса и преисподняя» / «Небеса и рай» / «Heaven and Hell» (варианты перевода названия), «Рай и ад» / «Высоко и низко» / «High and Low» (международное англоязычное название), «Выкуп» / «The Ransom» (Великобритания: англоязычное название).

Полнометражный фильм (номинация на «Золотой глобус»).

Япония.

Продолжительность 143 минуты.

Режиссёр Акира Куросава.

Авторы сценария Хидэо Огуни, Рюдзо Кикусима, Эидзиро Хисаита, Акира Куросава по роману Эвана Хантера (в титрах как Edo Makubein).

Композитор Масару Сато.

Операторы Асакадзу Накаи, Такао Сайто.

Жанр: криминальный фильм, драма, детектив, триллер

Кинго Гондо (Тосиро Мифунэ) почти реализовал план по овладению контрольным пакетом акций компании «Национальная обувь», в которой занимает должность управляющего. Однако в этот момент происходит страшное: неизвестный преступник, намеревавшийся выкрасть его отпрыска Дзуна (Тосио Эги), но случайно похитивший Синити (Масахико Симадзу), сына шофёра Аоки (Ютака Сада), требует выкуп в тридцать миллионов иен. Главный детектив Токура (Тацуя Накадай) понимает, что не вправе просить бизнесмена идти на такие жертвы, но обещает, что полиция сделает всё, чтобы деньги были возвращены, а преступник — не ушёл от правосудия.

Также в ролях: Кёко Кагава (Рэйко Гондо), Тацуя Михаси (Каваниси), Исао Кимура (детектив Араи), Кэндзиро Исияма (главный детектив «Боцман» Тагути), Такэси Като (детектив Накао), Такаси Симура (руководитель отдела расследований), Дзун Тадзаки (Камия), Нобуо Накамура (Исимару), Юносукэ Ито (Баба), Цутому Ямадзаки (Гиндзиро Такеути).

Рай и ад / Tengoku to jigoku (1963): кадр из фильма

Творчество великого (возможно, величайшего) японского кинорежиссёра слишком хорошо известно, чтобы имя Акиры Куросавы ассоциировалось исключительно с историческими постановками. Мэтр ещё в 1949-м, до международного признания, не просто обратился к современному материалу («Бездомный пёс»), но попробовал силы в остросюжетном кинематографе, сотворив превосходный аналог голливудского нуара. Вот и эту картину, основанную на романе «Выкуп Кинга» /1959/1 Эда МакБейна (псевдоним американского писателя Эвана Хантера) и вновь повествующую о том, что тем спокойней и лучше спит человек, чем он хуже, можно смело причислять к вершинам мирового экранного детектива и триллера. Дело даже не в исключительном формальном мастерстве, продуманности и изощрённости интриги, искусстве вызывать напряжение () благодаря незначительным деталям, которому позавидовал бы и Альфред Хичкок: от художника такого масштаба, как Акира иного и ожидать не приходится. Если первую половину повествования сидишь как на иголках, переживая за судьбу невинного (украденного по ошибке!) ребёнка, то затем, пожалуй, с удвоенным вниманием следишь за розыскными мероприятиями: методичным сбором и анализом улик, опросом свидетелей, попытками найти место, основываясь на обрывочных воспоминаниях Синити, и т.д. Наконец, кульминация с плотной слежкой за похитителем, который задумал мерзость – проверить чистоту героина (понять, скончается ли случайная девушка, готовая на что угодно ради очередной дозы), имеет, право, мало себе равных. Режиссёр, по сути, лишь косвенно затронул одну из серьёзнейших социальных болезней (не только Японии!) – но душераздирающие кадры с посещением аллеи наркоманов, с опустившимися, потерявшими нормальный облик мужчинами и женщинами, изнывающими от «ломки», стоят десятков кинопроизведений на аналогичную тему.

Рай и ад / Tengoku to jigoku (1963): кадр из фильма

И всё-таки куда сильнее поражаешься, насколько филигранно обыграна вроде бы типичная мифология полицейско-криминального кинематографа, безотказно обеспечивающая высокий накал эмоций. Эмоций, на которые традиционно давят корифеи жанра, рассчитывая на жалость публики к несчастной жертве, на ненависть к жестоким деяниям киднеппера и т.п. Поневоле проникаешься искренним уважением к самоотверженности главного детектива Токуры, вместе с коллегами по крупице собирающего данные, тщательно восстанавливающего картину преступления, оказывающего моральную поддержку семье пострадавшего. Акира Куросава с тремя соавторами по адаптации литературного первоисточника осознанно пошли на риск, а точнее, некоторый обман зрительских ожиданий, воздержавшись от прямого, гневного обличения пороков современного общества, как в предыдущей постановке. Сомнения относительно Кинго, ни секунды не колебавшегося в том, следует ли пожертвовать всем ради избавления сына, однако – малодушно усомнившегося в целесообразности спасения той же ценой ребёнка своего водителя, маленького человека, несчастного вдовца, оказываются в целом напрасными. Приняв решение заплатить тридцать миллионов, он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что кредиторы в лучшем случае согласятся на отсрочку, а члены правления – обязательно воспользуются сложной ситуацией, чтобы отстранить опасного конкурента от руководства предприятием. Но раз уж супруга Рэйко, привыкшая к существованию в роскошестве (Каваниси напоминает шефу, что тот в значительной степени обязан своими достижениями её приданому), уверяет, что не страшится лишений, для него самого начать трудовой путь чуть ли не сначала – не является личной драмой. Даже газетчики, задетые тем, что дельцы не прислушались к общественному мнению, отнюдь не перестарались, вознеся бизнесмена на пьедестал национального героя. Авторы экранизации разве что отказались от хантеровского хеппи-энда: в отличие от персонажа романа, Гондо не успевает выкупить доли – и вынужден приступить к работе на другой, маленькой обувной фабрике…

Это Вам может быть интересно  Шестое чувство / The Sixth Sense (1999)

Рай и ад / Tengoku to jigoku (1963): кадр из фильма

Всё это так. Тем более неоспоримы заслуги сотрудников правоохранительных органов, честно и бескорыстно стоящих на страже интересов общества и готовых, приложив колоссальные усилия, в любой момент исполнить долг. И, напротив, неизвестный похититель рисуется в воображении сущим исчадьем ада, ни во что не ставящим людскую жизнь – действительно способным на детоубийство, если судить по зловещей подготовительной акции. Однако в тот момент, когда зритель уже вздохнул с облегчением, уверившись в мысли, что добро восторжествовало и зло понесло заслуженное наказание, неожиданно получает слово сам преступник, Гиндзиро Такэути. Попросив о свидании с Кинго, интерн, которому не суждено стать доктором, дерзко заявляет, что не боится смерти. И что – не страшится ада, поскольку существовал в таком аду с детства, наблюдая за стоящим на холме домом богача из окна своей жалкой квартирки, где зимой невозможно уснуть от холода, а летом от нестерпимой жары. После отчаянной речи смертника словно спадает с глаз пелена – и не просто сама история начинает видеться в новом свете. Вдруг озаряет мысль, что это и есть частный случай проявления тех самых, зиждущихся на непримиримых классовых противоречиях законов, о которых писал Карл Маркс и которые, по совести, трудно игнорировать даже убеждённым противникам марксизма. Люди, не осознавая того, собственными руками, на Земле, сотворили для себя и рай, и преисподнюю – и самонадеянно верят, что персонально их расплата обойдёт стороной.

.

Источник